 В пресс-центре «Российского газеты» в Краснодаре прошла презентация нового, уникального для Кубани и большинства регионов литературно-художественного проекта «Послесказие».
Впервые в кубанской столице вышел сборник, куда включены переделанные на новый лад русские сказки, например, – «Снегурочка», «Волк и семеро козлят», «Колобок», «Царевна-лягушка», «Каша из топора», «Лиса со скалочкой», «Курочка Ряба».
Книга вышла в свет под общей редакцией поэта и кинокритика Сергея Лёвина и литератора Ольги Карслидис. В работе над проектом было приглашено более 20 авторов из Краснодара, Крымска, Новороссийска, Москвы, Санкт-Петербурга, Тамбова и Будвы (Черногория).
По словам Лёвина, идея зародилась в процессе общения в интернете. Сначала была создана группа в соцсетях, а затем инициативу «сказочников» поддержало известное краснодарское издательство. Результатом почти двухлетней работы стала только что вышедшая книга. Жанры, вошедших в книгу «новых сказок», разнообразны – сатира, триллер, экзистенциальная драма и даже комикс.
 Над иллюстрациями трудился анапский художник Илья Копанев при участии Ольги Шевляковой, Дарьи Тоцкой и Валентины Кочубей. Кстати, Копанева во многом из-за удачно выполненных рисунков несколько месяцев назад приняли в Союз художников России.
 – Сейчас готовится вторая антология «Послесказие», а также первый том новой серии историй, основанной на известных городских легендах, – рассказывает Ольга Карслидис. – Авторы будут выбраны по итогам сетевого конкурса с участием читательского жюри и популярных российских писателей. Проект вызвал большой интерес, и в самое ближайшее время в краснодарском издательстве выйдет аналогичный сборник «Послесказия» для детей. В него войдут тексты некоторых авторов уже вышедшего в свет сборника «сказочных переделок».
В ходе встречи возникла дискуссия – возможен ли коммерческий успех таких сборников, как «Послесказие»?
 Доктор филологических наук, профессор кафедры публицистики и журналистского мастерства Кубанского госуниверситета Олег Мороз считает, что возможен, но при продуманной маркетинговой стратегии.
– Тексты, вошедшие в книгу, обладают широким эмоциональным диапазоном, – говорит ученый. – И в данном случае автор может найти своего читателя. Плюсом может стать и нарочитый региональный аспект. К тому же, мне самому было интересно увидеть, что осталось от сказки в современной интерпретации с использованием совершенно разных жанров. Это очень интересно наблюдать.
Генеральный директор радиостанции Казак FM, писатель Виктор Мальчевский считает, что форма короткого рассказа коммерчески не перспективна.
 – В коротком рассказе нужно в концентрированном виде изложить то, что можно выдавать в целой серии книг, – говорит эксперт. – Другое дело, что спрос может стимулировать наша привычка читать микротексты в социальных сетях. От толстых книг читатель сейчас подустал, ему хочется легкого чтива… Конечно, в наше время роскошь – выпустить такой сборник, и хорошо, что издатели и авторы проекта пошли на такой эксперимент.
– Жанр короткого рассказа сейчас незаслуженно находится на задворках большой литературы, – полагает краснодарский писатель, экономист, маркетолог Александр Ольшанский. – Сейчас время книжных сериалов – фэнтезийных, детективных, любовных… Известны примеры когда короткие рассказы вызывали огромный интерес, но он, как правило, связан с уже раскрученным в СМИ именем писателя.
А, по словам эксперта проекта «Послесказие», дизайнера, художник-иллюстратора Анжелики Полонниковой, интерес к книге вызывает уже сама обложка.
 – Когда я ее увидела, то сразу поняла, что это необычный феномен, – делится впечатлениями эксперт. – Как так, сказки и отсутствие цвета. Дело в том, что взрослые видят сказку иначе, чем дети. Что думают малыши, если почитают, например «Морозко»? Отец вывез дочь в лес и там оставил. Дети думают: класс! она сейчас себе жениха найдет, да еще на свежем воздухе. А у взрослых другое на уме. Он с приобретением опыта думает не иначе как Уголовным Кодексом… Сказка – это выход коллективного бессознательного со всеми страхами большой жизни. Страхи разные, зачастую иррациональные. И борьба с ними, на мой взгляд, и воплотилась в литературные тексты вышедшего в Краснодаре сборника «Послесказие». К тому же, как говорил классик, без страха нет сказки.
Многие сказочные, сюжеты относятся к категории древнейших, уходят еще в древнекаменный век, поясняет кандидат исторических наук, сотрудник научно-исследовательского центра традиционной культуры государственного Кубанского казачьего хора Игорь Васильев. Например, сказки о животных. Первоначальные их истоки – мифология, например, относятся к тотемизму и мифах о трикстерах.
– Однако сказки – это далеко не первоначальные мифы, – добавляет Васльев. – Они нередко упростились, оторвались от ритуальной и идеологической практики. Их функция стала скорее развлекательной. Отсюда появление занимательных деталей. Однако сказочные сюжеты продолжали изменяться и дальше. Они переходят в авторскую художественную литературу. Причем, в самую разнообразную – от новоевропейских басен до мистического реализма Латинской Америки и Африки. Ведь древнейшие сюжеты вписаны в психофизиологическую основу человека. И человек всегда будет к ним возвращаться, пусть и в разных формах… Не стала исключением и наша кубанская земля, о чем и говорит сборник «Послесказие». Причем некоторые авторы используют элементы сказочной образности для расцвечивания новоевропейских сюжетов (Юлия Клиндухова), другие используют исторические и бытовые реалии для оформления текстов с достаточно традиционными мифологическими сюжетами (Лев Рыжков). Иван Карасев соединил измененную сказочную образность с мифолого-фантастическим сюжетом в духе клюевской песни-сна, изложенной в прозе. Наше кубанское «Послесказие» – одно из воплощений вечно меняющего шкуру неизменного.
Фото: Валентины Кочубей.
|
